О тенденциях в сфере военно-политического сотрудничества шла речь в ходе дискуссии в Международном дискуссионном клубе «Валдай». В рамках заседания состоялась презентация Валдайской записки «Союзники России и геополитический фронтир в Евразии». Авторы записки - сотрудники Аналитического агентства «Внешняя политика», сотрудники МГИМО - Николай Силаев и Андрей Сушенцов.

Журнал «Редкие земли» побеседовал с авторами.


РЗ: Что вы хотели сказать в этой брошюре?


Мы хотели дать старт обсуждению, какой должна быть российская система союзов в будущем, ведь показатель успеха той или иной страны состоит в большем или меньшем числе союзников. С этими союзниками нужно быть связанными постоянными узами, юридически зафиксированными. Эти союзы должны быть симметричными. Как правило, в мире распространяются коалиции, которые создаются по случаю вокруг той иной международной проблемы.

Нестабильность на многих участках протяжённой границы России вынуждает Москву к активному обозначению своего военного присутствия в поясе своих границ.

Если отношения России и Запада в последние десятилетия представить в категории фронтира (как подвижной и широкой пограничной линии), то этот фронтир за десятилетие сдвинулся дальше от российских границ. Острые фазы кризисов на Кавказе (2008 года) и на Украине (2014-2015 годов) обозначили невозможность решения вопросов безопасности на постсоветском пространстве без участия решающего слова России. Сирийская операция российских ВКС перенесла спор России и Запада по поводу международного статуса России на Ближний Восток.

Далеко от определенности положение фронтира на противоположном краю евразийского континента: сближение России с КНР и российско-японские контакты последних лет указывают на то, что Москва будет играть новую роль в формировании баланса сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Перспектива расширения НАТО на постсоветском пространстве практически снята с повестки дня. Грузия не может вступить в этот блок, по крайней мере, до тех пор, пока не признает независимость Абхазии и Южной Осетии. В противном случае блок принимает на себя риск прямого военного столкновения с Россией в регионах с неопределенным статусом. Однако даже если НАТО пойдет на такой риск, стратегическая ценность Грузии для него будет отрицательной: соотношение сил на Южном Кавказе таково, что страна не может защитить себя без посторонней помощи. Таким образом, присоединив Грузию, альянс не укрепит свою безопасность сильным союзником, а возьмет на себя ответственность за оборону партнера, находящегося в весьма уязвимом положении в случае опасности.

Сказанное относится и к Украине. Сохраняя претензии на Крым, Украина не может вступить в НАТО, не втягивая весь блок в территориальный спор с Россией. Не урегулировав конфликт на Донбассе, она не может присоединиться к альянсу, не вовлекая его уже в гражданский конфликт на своей территории. Вероятно, по первоначальному расчету представителей американской администрации, после Майдана Украина должна была быстро подавить сопротивление Донбасса и консолидировать свой политический режим на враждебной России основе, что создавало бы перспективу для ее членства в НАТО. Но такой консолидации не произошло. Украину лихорадит от внутриполитических кризисов, ее экономические потери колоссальны, Киев отказывается урегулировать гражданский конфликт на востоке страны. Слабость государственности Украины, выражающаяся, в том числе, в слабости военной, наделяет ее вслед за Грузией, отрицательной ценностью для НАТО.

У России немного военных союзников. Юридически обязывающие соглашения, при которых нападение на одну сторону приравнивается к нападению на другую, у нее имеются только с Абхазией и Южной Осетией.

Иные соглашения, в том числе со странами, считающимися наиболее близкими союзниками России, не содержат подобные автоматические механизмы. Российская система союзов должна обеспечить присутствие России как влиятельной силы в важных для нее регионах мира. При этом ни в одном регионе не должна возникнуть коалиция, способная подорвать российское влияние. Оказывая помощь своим союзникам, Россия стремится не допустить возникновения таких коалиций и в то же время избежать манипулирования со стороны союзников.

РЗ: Что можно сказать о Союзе Белоруссии и России?

Белоруссия для нас – очень важный партнер. Союз Белоруссии с Россией в свое время сыграл и продолжает играть очень важную роль в том, что России удается сдерживать экспансию НАТО на западной части постсоветского пространства. В то же время очень важно, чтобы этот Союз существовал не только на основании этого общего противника, общей угрозы.

Это похожим образом расценивается и в Москве и в Минске. Мы должны думать о том, что произойдет с Союзом Белоруссии и Россией, какие у него будут еще основания в той ситуации, если, например, когда-то процесс экспансии НАТО будет остановлен. А с военно-политической точки зрения, он уже остановлен. Важно, что с тех пор, как экспансия НАТО на постсоветском пространстве в значительной степени остановлена, у нас с конечной неизбежностью будут возникать вопросы о базе, основании, фундаменте российско-белорусского союза.
И если мы себе этот вопрос задаем, это не свидетельствует о нашем желании подорвать этот союз, это свидетельствует о нашем желании его укрепить, сделать его более устойчивым к этой текущей международной конъюктуре.

РЗ: Сегодня говорилось о совместных российско-белорусских военных учениях, которые планируются на сентябрь... 

Это очень важный элемент совместного военного сотрудничества в Организации Договора коллективной безопасности (ОДКБ) в рамках двусторонних российско-белорусских связей. Очень важно, что сохраняется российско-белорусский баланс в ОДКБ.